Я всегда удивляюсь, почему птицы остаются на месте, если они могут лететь куда угодно. И тогда я задаю этот же вопрос себе

PEAC/240417/0895/01
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
13:44 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
15:42 

Моя домашняя тренировка

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
1 разминка m.youtube.com/watch?v=SOCIIhBNKd8
2 попробовать дома : m.youtube.com/watch?v=8uLfgnjOmQU

15:11 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
время летит, я лечу вместе с ним.
нужно выходить из дома, тут я опухну

20:19 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
привет.
как всегда пишешь, когда не так уж радостно.

я всё больше злюсь. он обижается, хоть и не "всё больше".

достал этот холод, достала парализованность, достала неспособность сделать элементарные вещи, чёртова боль в спине. достали ожидания, мои, что это чёртЕгоДери уже изменится. да, и достало сидеть уже дома

21:29 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
Отодвинув мечты и устав от идей,
Жду зимы, как другие не ждут.

злость эпиграфов в том, что волюнтаристски можно вывернуть наизнанку любую строчку.
я даже не буду притворяться, что мой текст перекликается с настроением этого стиха всерьёз. мне нужны-то были первые только строчки.

13:22 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.

09:55 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
Одним словом, все можно сказать о всемирной истории, все, что только самому расстроенному воображению может в голову прийти. Одного только нельзя сказать, – что благоразумно.

это можно сделать моей эпитафией.

20:55 

Про книгу

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.

снова повторюсь: это самая странная книга, которую я когда-либо читала. она всё абсолютно переворачивает. она кошмарно противоречива для восприятия. но эффект! я хочу жить в любви. не хочу никого винить, не хочу думать, что другие - причина моей боли.

как и каждая книга, эта полна всякого разного

я помню, когда я пришла на терапию как-то раз, Леланни спросила, согласна ли я, что мы сами выбираем, как интерпретировать это хаотичный мир вокруг нас. я не вполне согласна, я думаю, что выбранная стратегия как раз и ограничена нашим произволом. это её минус. что мы могли выбрать что угодно. в этом смысле наш выбор случаен; воля слепа. и это не то, что мне интересно. я за чувства. за внутреннюю убежденность. за то, что ты чувствуешь, чувствуешь как правильное, как твоё; но как найти это, если не пробовать. так что я за попытки, проверку разных стратегий. и это стратегия радикального прощения крутая. она позволяет мне не обвинять, не требовать, больше принимать и любить немного больше.

хотя какие-то моменты абсолютно безумны. и тут я опять вспоминаю наш разговор с Леланни, которая сказала, что во всём, и тем более в этом, можно брать всё что нравится, а что не нравится - не брать.
мне не понравилась это история про принцессу Диану, которая открыла какую-то там чакру Британии. может это всё и имеет смысл...

13:12 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
Продолжаю спокойно о людях с крепкими нервами, не понимающих известной утонченности наслаждений. Эти господа при иных казусах, например, хотя и ревут, как быки, во все горло, хоть это, положим, и приносит им величайшую честь, но, как уже сказал я, перед невозможностью они тотчас смиряются. Невозможность — значит каменная стена? Какая каменная стена? Ну, разумеется, законы природы, выводы естественных наук, математика. Уж как докажут тебе, например, что от обезьяны произошел, так уж и нечего морщиться, принимай как есть. Уж как докажут тебе, что, в сущности, одна капелька твоего собственного жиру тебе должна быть дороже ста тысяч тебе подобных и что в этом результате разрешатся под конец все так называемые добродетели и обязанности и прочие бредни и предрассудки, так уж так и принимай, нечего делать-то, потому дважды два — математика. Попробуйте возразить.

"Помилуйте, — закричат вам, — восставать нельзя: это дважды два четыре! Природа вас не спрашивается; ей дела нет до ваших желаний и до того, нравятся ль вам ее законы или не нравятся. Вы обязаны принимать ее так, как она есть, а следственно, и все ее результаты. Стена, значит, и есть стена... и т. д., и т. д.". Господи боже, да какое мне дело до законов природы и арифметики, когда мне почему-нибудь эти законы и дважды два четыре не нравятся? Разумеется, я не пробью такой стены лбом, если и в самом деле сил не будет пробить, но я и не примирюсь с ней потому только, что у меня каменная стена и у меня сил не хватило.

Как будто такая каменная стена и вправду есть успокоение и вправду заключает в себе хоть какое-нибудь слово на мир, единственно только потому, что она дважды два четыре. О нелепость нелепостей!

Записки из подполья

01:41 

меня такой живой и настоящей на ласковой земле

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
ну вот и всё.
почти как мне и говорили.

За то, что мне прямая неизбежность -
Прощение обид,
За всю мою безудержную нежность
И слишком гордый вид,

За быстроту стремительных событий,
За правду, за игру...
- Послушайте!- Еще меня любите
За то, что я умру.


я ещё не могу написать. потом, всё потом

22:05 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
Рузовская 19

00:33 

Lunar phase

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.

02:21 

©

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
Я искренне верю, что ошибок не существует.

Когда наши сердца закрыты, и мы обижаемся, злимся или печалимся, трудно увидеть что бы то ни было хорошее.

Теперь, когда наши сердца открыты, негативизм вовсе исчезает, и мы способны отпустить старые мысли и вновь очнуться для радости. Для каждого из нас — внутри всегда есть радость. И нам нужно знать, как восхитительно совершенны мы такими, какие мы есть.

Не важно, сколько хаоса вокруг нас, не важно, какие дела могут идти плохо или не так, как мы хотим, не важно, что наши тела могут делать в этот момент — мы можем любить и принимать самих себя. Наша правда — глубокая правда нашего существа — что мы вечны. Мы всегда были и всегда будем. И эта часть нас будет существовать вечно. Давайте праздновать, что это так.


Когда мы любим и принимаем себя точно такими, какие мы есть, становится проще пройти через так называемые трудные времена. Мы больше не боремся с собой. Мы принимаем. Мы становимся чуткими. Мы заботимся о себе. Мы поддерживаем себя и помогаем себе.

Подойдите к зеркалу, посмотрите себе в глаза и скажите: «я люблю тебя таким, какой ты есть». И дышите. Просто позвольте себе чувствовать все что вы чувствуете.

Вам не нужно быть совершенством. Вы уже совершенны такой, какой вы есть: Вы это вы. Вы точно тот, кем выбрали быть в этот момент. Из всех возможных тел или личностей вы выбрали быть тем кто вы есть — чтоб узнать мир, прожить жизнь через ваше тело и вашу личность. Поэтому любите свой выбор, ведь это часть вашей духовной эволюции.

12:03 

autumn is inevitable

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
осень - обо всём, чего я так боюсь и что люблю. осень - о росте, о том, что получается из семечка, о том, что происходит с возрастом, о том, что такое возраст, как меняется кожа, как каждая осень - каждая: похожая, одинакова, холодная, страшная и безнадёжная, безнадёжно любимая.

осенью особенное время, которое свалится в зиму длиною в полгода.

@музыка: elvis perkins – while you were sleeping

17:43 

из музея Пушкина

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
Последняя дорога 1985-1984 манаков Минаев

Городские прогулки

01:59 

current activity

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
00:59 

посмотрела

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
15:17 

writing-without-words

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
уже давным-давно у меня в хроме стоит эта тема. а сегодня я решила её поменять-попробовать, конечно же всё, кроме супер классной темы с птицами, было или совсем говно, или просто не очень: слишком контрастно, скучно и фигово сделано. пока я меняла темы, потеряла свою любимую, ещё полчаса её искала, и, найдя, решила подрарузнать об авторе. набрела на совершенно потрясающую визуализацию текста. это не какие-то там иллюстрации, а попытка создать аналог художественного языка, отражающий и длину предложений, и стилистику. конечно, это художественное освоение, не предназначенное для чтения, эстетизация на лицо.

я потрясенно поймала себя на том, что мне так нравится это! это изменение восприятия знаковой системы, изменение представления о то, как выглядит текст и язык, и выраженное не на теоретическом уровне, а на уровне визуализации - гораздо более наглядном уровне.

15:36 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
помнишь?
да нет, нифига ты не помнишь
а мне ж и не очень-то нужно

23:11 

Когда Шопену было столько, сколько мне, он уже год как умер.
чёрт, я родилась в месяц, который лучше всего характеризует слово "обречённый", а я его люблю

самые пламенные отношения уж точно с самим собой, кто бы мог подумать 3-5 лет назад.

в этом году осень началась в июле. бу-бу-бу

@музыка: осень ну и что?

Hey Baby

главная